Поезд на Кудыкину Гору
У Вл. Любарова, оказывается, тоже есть транспортная живопись.
"Поезд на Кудыкину гору", раньше не видел.
Картина в общем-то простая, но в ней присутствуют некоторые фундаментальные вещи национальной транспортной идентичности: стаканы в подстаканниках, жареная курочка, лучок стрелками к хлебушку, батон нарезной. Здоровый мужик у окна - явно какой-то прораб или мелкий строительный начальник из крупного города масштаба Ленинграда или Киева. Это который коньячок с лимоном принимает на грудь. Сосед - чистый провинциал, по треникам это видно. Напротив у окна - жинка строителя; по маленькой собачке видно, что она тоже никак не из провинции (там к мелким собачкам относятся с презрением, как к бесполезным животинам).
Вагон - видимо, жёсткий межобластной, где-то в глуши. Может, Костромская область, Вологодская или Кировская. Наверное, начальник едет проведать родителей в село, своих или жинки. С другой стороны художник верхнюю полку рисовать не стал - визуально она бы "придавила" эту матрону, а так она вышла выразительней.
"Поезд на Кудыкину гору", раньше не видел.
Картина в общем-то простая, но в ней присутствуют некоторые фундаментальные вещи национальной транспортной идентичности: стаканы в подстаканниках, жареная курочка, лучок стрелками к хлебушку, батон нарезной. Здоровый мужик у окна - явно какой-то прораб или мелкий строительный начальник из крупного города масштаба Ленинграда или Киева. Это который коньячок с лимоном принимает на грудь. Сосед - чистый провинциал, по треникам это видно. Напротив у окна - жинка строителя; по маленькой собачке видно, что она тоже никак не из провинции (там к мелким собачкам относятся с презрением, как к бесполезным животинам).
Вагон - видимо, жёсткий межобластной, где-то в глуши. Может, Костромская область, Вологодская или Кировская. Наверное, начальник едет проведать родителей в село, своих или жинки. С другой стороны художник верхнюю полку рисовать не стал - визуально она бы "придавила" эту матрону, а так она вышла выразительней.