March 15th, 2015On this day in different years

Камчатка

Петропавловск-1996. Часть 2 - Бухта, Мишенка и Сероглазка от Силуэта

Вторая часть похода июньского (1996 г.) по Петропавловску (6 минут).
Ролик начинается с района АЗС - ул. Бохняка, на которой я жил в 1987-88, затем я прохожу на два дома ниже и начинаю снимать открывшуюся панораму на Мишенку, Сероглазку и Авачинскую бухту. На 0:45 в кадр попадает самый первый храм Камчатки - который построили года два как, раньше тут вообще ничего не было. С 1:20 - виды Сероглазки, до которой спускаться вниз с плато не больше полчаса. Погода была шикарная, Вилючинский вулкан вдалеке сияет белоснежностью правильного конуса. Рядом - гост. "Гейзер". С 3:00 и далее в кадр попадают верхние дома Рыбачьего (сейчас Вилючинск) и Тарья, на той стороне бухты и до них по прямой где-то 12-15 км.
С 4:40 я прохожу ближе к Молчанке и начинаю снимать издалека Восьмой километр - те районы, которые ближе к бухте, не наверху. На 5:04 - легендарный 85-й магазин (такого коричневого цвета), где в советские времена всегда было первоклассное камчатское пиво, палтус горячего/ холодного копчения и многие другие ништяки. Всего-то навсего надо было пройти от остановки минут 5-7 в сторону бухты. С 5:35 - вертолётная площадка у "Гейзера" с видом на домашние вулканы.



Часть 1. 8-й и 7-й километры

Канал periskopspb на YouTube
promo periskop may 18, 15:35 3
Buy for 250 tokens
Вниманию читателей! С 17 мая в «Лаборатории Перископа» начался новый цикл постов - по Второй Казахской экспедиции. В этом цикле - рассказ о малоизвестных и редко посещаемых местах. О самом «русском» городе Казахстана Петропавловске и ж/д коридоре «Россия — Россия», о городе на Иртыше Павлодаре. О…
Серж строгий

Памяти земляка-иркутянина

Вчера окончил свой земной путь мой земляк, писатель Валентин Распутин.
Его произведения (не все, но некоторые - "Прощание с Матёрой", "Живи и помни") я читал ещё в советское время.
Однако наиболее запомнился мне он не своими повестями, а публицистикой в годы Перестройки, когда шла ожесточённая борьба за сознание советского человека. На самом переломе (1988-89) я его оценки и его обозначение реальных опасностей для страны понимал плохо, и даже где-то неприязненно - как и многие, в двадцать с небольшим, не имея жизненного опыта, воспринимал ситуацию идеализированно и не мог понять истинного смысла происходящих событий. Однако развитие обстановки показало, что он во многом был прав, и к середине 1991-го внутренне я был вынужден признать его правоту. Так что спасибо, Валентин Григорьевич, за тревожные сигналы на раннем этапе и вправление мозгов в момент острейшей борьбы за сознание.


Collapse )