Мой друг и товарищ ТЭ3. Часть 3
Часть 3 (Часть 1, Часть 2)
На следующий день утром я опять проснулся от тычка в плечо: на этот раз меня будил Саныч. Судя по отсутствию внешних звуков, мы где-то стояли и не двигались. Наверное, опять тормознули на какой-то станции.
- Серёга, подъём! Скоро открываются магазины, надо будет сходить на разведку, а то ты и так всю ночь проспал. Давай просыпайся, теперь твоя вахта.
- А мы что, где-то стоим? – ещё спросонья спросил я.
- Стоим. Уже шесть часов стоим по Дальнереченску. Ночью нас тормознули.
- А сейчас сколько времени?
- Без двадцати восемь. В восемь открывается ОРС-овский магазин недалеко от станции, его нам очень хвалили на заводе. Так что надо не пропустить.
Я нехотя поднялся, мало-мало очухался, затем Петя принёс мне котелок воды, с ним я спустился на междупутье и кое-как умылся, холодной водой прогоняя остатки сна. Затем залез обратно в тёплый тепловоз. Бригада уже сидела в хвостовой секции, и они вопросительно посмотрели на меня.
- Так. Сейчас мы снабдим тебя тремя рублями, разыщи ОРС-овский магазин и покупай всё, что будет ценного. Только не перепутай с обычным магазином, смотри по вывескам. Они по содержанию хорошо так различаются. И спроси, есть ли пиво?
- Будет сделано! – отрапортовал я, сунул зелёную бумажку в карман и стал пробираться по путям к вокзалу.
Пришлось опять перелезать через состав по тормозной площадке. Лезть под вагонами, как это делали местные, я панически боялся, потому что живо представлял себе, как внезапно трогается с лязганьем и грохотом неподвижный до того состав. Минут 20 мне пришлось проплутать по пристанционным окрестностям, прежде чем я нашёл этот чем-то особенный магазин. Зашёл внутрь.
Магазин работал с 8 утра, и я, наверное, был одним из первых покупателей. Внутри было всего двое. Окинув взглядом фигурные ряды с консервами, я сразу же определил ценные: тут был фаршированный перец от «Булгарконсерва», венгерский горошек марки «Глобус», развесное масло, а также горбуша в собственном соку Находкинского завода. Кроме того, здесь совершенно свободно продавались мясные консервы «Завтрак туриста», что тоже бывало не всегда. Но самое невероятное открытие заключалось в том, что на холодильном прилавке лежало прессованное мясо, источавшее совершенно крышесносный аромат, с перчиком и специями! Это меня прямо выбило из колеи, и я смотрел на него с вожделением, не спуская глаз, пока предыдущие ранние покупатели отоваривались. Правда, цена была немаленькой – 4,50 за кило, но это был такой деликатес, который у нас в Хабаровске я видел, быть может, пару раз за все мои студенческие годы. Денег мне явно не хватит, но я скажу про неожиданный сюрприз моим машинистам, решил я.
- А это мясо у вас чьё? Какого производителя?
Продавщица недоумённо воззрилась на меня:
- Как какого?! Нашего Дальнереченского мясокомбината, другого у нас нет. Брать будете?
- Да, но пока немножко. У меня с собой денег в обрез, трёшка. Дайте мне два фаршированных перца, банку горошка и масла кусок, грамм на триста. И две булки хлеба. А что останется – отрежьте мяса.
Продавщица рассмеялась:
- Так мяса же будет с гулькин хрен, оно по 4.50!
- Ну ладно, сколько хватит, так и отрежьте… - искательно отозвался я.
- Как скажете, молодой человек! – она выдала мне консервы, масло, а на остаток получилось где-то грамм 300 мяса. «Скромно, но попробовать хватит по кусочку» - подумал я, - «если что, сбегаю ещё, деньги всё равно не мои, а у меня нет ничего».
Станция Дальнереченск
Я так обрадовался шикарной закупке, что напрочь забыл про пиво, но вспомнил об этом уже на обратном пути к тепловозу. Вернувшись к тепловозу, гордо предъявил наличные покупки. Самым хитом, конечно, оказалось прессованное мясо – Саныч тут же разрезал его на три части перочинным ножом, и дал каждому попробовать. Мясо было, бесспорно, восхитительным! В итоге Саныч вызвал по рации напарников из первой секции и сказал им, что нужно идти в ОРС закупаться. Там много всего хорошего.
- Ну а ты, Серёга, нам будешь показывать дорогу.
Таким образом мы коллективом в четыре человека пошли обратно к магазину, а на тепловозе остался только старший машинист первой секции, у которого ещё была смена, а его веснушчатый помощник пошёл с нами. В итоге ребята закупились в ОРСе, наверное, рублей на 30, а может, и больше, потому что набрали всяких консервов. Вишенкой на торте был двухкилограммовый квадрат того самого прессованного мяса, который затем мы честно разделили между двумя бригадами здоровенным охотничьим ножом. Саныч радовался и одобрительно похлопал меня по плечу:
- Молоток! У тебя лёгкая рука, студент! Будешь у нас разведчиком.
После этого мы устроили грандиозный то ли завтрак, то ли обед, ближе к 11 утра. Из Дальнереченска нас ещё не выпускали, но дежурный по станции сказал, что после 12 дня постарается нас отправить дальше. Так что мы разложили опять фанерку в задней кабине, но на этот раз даже не доставали сало, а только сварили картошку. Завтрако-обед был царский: нарезали кусками это самое мясо, которое сразу наполнило тепловоз своим острым, со специями запахом, и даже перебило запах машинного масла. Затем горячая картошка с маслом и укропом. Открыли и банку горбуши в собственном соку, и венгерские маринованные огурцы. В общем, сидели, разговаривали и пировали. Все были на подъёме.
Я после этого похода был несколько ошарашен таким ассортиментом ОРСа, и выразил своё удивление:
- Откуда у них столько дефицитов?
- А это, Серёг, потому что так распределяются фонды. Дальнереченский комбинат работает на армию и флот, частично на погранцов. Частично фонды выделяют и на железку – вот поэтому в ОРСе такое изобилие. А в обычном гастрономе такого нет, там фонды выделяют общим порядком, через обычный гражданский исполком, - пояснил Саныч.
Я ещё больше удивился:
- Откуда вы такие подробности знаете? У вас кто-то есть в торговле?
Петр тут засмеялся, и тоже влез в разговор:
- Саныч знает, потому что у него жена где надо работает.
- А где это «где надо»?
- Да ничего особенного, моя работает в книжном товароведом, - сказал Саныч, - продукты от нас далеко. Но как работает в принципе советское распределение, она знает. Поэтому и я тебе вот объясняю. Мотай на ус, это полезный навык.
- Да, конечно, учту, - несколько пристыженно ответил я.
…Прошло 40 лет, а я помню этот душевный тепловозный обед как сейчас. Загвоздка была только одна – мы стояли на месте и никуда не ехали. Это несколько беспокоило меня.
* * *
Наконец где-то около 2 часов дня дали отправление, и мы поехали дальше на север. Саныч опять спросил меня:
- Пойдёшь с нами? Мы по Бикину меняемся, наша смена заступает.
- Конечно! Заодно покажу вам свою Розенгартовку, откуда я уехал. Она будет где-то через час после Бикина.
Станция Бикин
Так всё и получилось. Где-то после обеда, часа в 4, мы были в Бикине. Там бригады поменялись, первые ребята ушли досыпать в свою заднюю секцию, ну а я снова занял место в передней кабине, со своими. Через час проехали и мою злосчастную Розенгартовку с Лермонтовкой и мостом через речку, где я когда-то учился плавать. Я показал им вокзал и платформу, откуда шёл и где сел на поезд - чем снова развеселил обоих, которые были в курсе моего анабасиса. Шли по Транссибу мы довольно шустро, без проблем прошли большую станцию Вяземская - я было приободрился и подумал, что мы часам к 10 приедем в Хабаровск и я ещё успею на трамвай.
Но не тут-то было! В районе 8 вечера - на станции Хор - нас опять тормознули надолго, и даже пришлось перемещаться по станционной паутине с главного пути на какие-то зады. Тут я запросился опять в свою секцию и сказал, что посплю перед прибытием. Петя ввернул:
- Никто и не обещал, что мы будем ехать быстро! Всё зависит от Бога, диспетчера и начальника станции. Мы всегда последние в очереди, как следующие из ремонта. Ждём...
Станция Хор
От Хора до Хабаровска всего 70 км, и теоретически я мог метнуться на междугородний автобус, и до полуночи был бы на месте, но это деньги. Нужно было бы рубля полтора, а то и два. А у меня в кармане всего 15 копеек. Ну не просить же у ребят деньги, тем более что они и так меня всё время кормят. Поэтому я про себя решил – буду ехать с ними до упора, как доедем, пусть даже и ночью. Поэтому ушёл в свою кормовую секцию на матрас досыпать. И, придя, быстро отрубился под мерный холостой шум дизеля в передовой секции.
В итоге на Хору мы простояли аж до 5 утра, и я зря волновался, что приеду ночью. Рано утром мои ребята пришли со своей смены и разбудили меня.
- Серёга, алло! Давай вставай! Теперь уже Хабаровск будет скоро, - сказал Саныч.
Я переспросил:
- А смогут остановить на Рубероидном Заводе?
- Вообще там остановки не предусмотрено, но мы можем притормозить до пешеходной скорости, а ты аккуратно соскочишь.
- А, ну и отлично! Так нормально будет. А как вы им скажете?
- Ну, да сейчас по рации переговорим, а потом если кто из нас уснёт, так ты нас толкни минут за 10, мы подскажем коллегам.
На этой духоподъёмной ноте я протёр глаза, встал и пошёл уже дежурить в свою хвостовую кабину. Ко мне присоединился Петя, предложив немного позавтракать. Саныч же пошёл досыпать. «Ну что, это кстати, - подумал я. – А то приеду-то я голодный». Мы открыли с ним банку горбуши и подрезали ещё немного прессованного мяса. С чаем отлично пошло.
В районе 7 утра подъехали к Красной Речке. Эта станция уже совсем недалеко от нужной мне платформы, где кольцо трамвая. Петя связался по рации с первой бригадой, и я им объяснил, какая будет платформа и где тормознуть. Тут в проёме появился и заспанный Саныч:
- Ну что, студент, давай прощаться! Надеюсь, мы хорошо дружили и тебя не обижали.
- Да, спасибо вам огромное! Если бы не вы, не знаю, как бы я оттуда выбрался!
Минут через десять мы достигли Рубероидного Завода. Петя ещё раз по рации вышел на коллег, а я к этому моменту уже собрался и был наготове. Тепловоз плавно затормозил и двигался аккурат по второму пути. Я пожал руки своим спасителям и по трапу выбрался наружу, соскочив на гравий. Тепловоз громко гуднул, я помахал Санычу и Пете, провожая их в дальний путь на свою Шилку. Больше мы никогда не увидимся.
Тепловоз, высадив меня, дал мощного чёрного медведя и ускорился, вскоре исчезнув из поля зрения. На часах было 7.20. Серенькое пасмурное утро, довольно прохладно, но я был выспавшийся и сытый, так что особо не страдал. Перешёл через пути и дошёл до кольца «двойки», оно совсем рядом. Там как раз стоял трамвай, в который я тут же и заскочил. Минут через 5 мы поехали. Двумя трамваями, №2 и №5, я ехал до Топографа часа полтора, и около 9 утра доковылял до своей хаты.
И вот сюрприз! Дима с Игорем (одногруппники, с которыми мы вместе жили на квартире) были уже тут, на месте. Все друг другу взаимно удивились:
- А ты куда исчез-то? Третьяк (преподаватель, командир отряда) там тебя искал. Мы прикрыли, сказали, что ты как квартирьер поехал раньше. В общем, тебя наказать по идее не должны.
- А давно вы сами приехали? – спросил я.
- Так бичевозом же, как обычно. Час назад только пришли, - ответил Игорь. – А ты почему так долго? Ты же должен был ещё позавчера утром вернуться?
У меня не было сил сразу рассказывать им весь мой анабасис, поэтому я ответил уклончиво:
- Я с тепловозниками ехал. Ну, так получилось. Потом расскажу.
* * *
Вот так закончилась эта эпическая поездка на ТЭ3, который с тех пор вызывает у меня особенную любовь и обожание. «Мой друг и товарищ – тепловоз ТЭ3».
На следующий день утром я опять проснулся от тычка в плечо: на этот раз меня будил Саныч. Судя по отсутствию внешних звуков, мы где-то стояли и не двигались. Наверное, опять тормознули на какой-то станции.
- Серёга, подъём! Скоро открываются магазины, надо будет сходить на разведку, а то ты и так всю ночь проспал. Давай просыпайся, теперь твоя вахта.
- А мы что, где-то стоим? – ещё спросонья спросил я.
- Стоим. Уже шесть часов стоим по Дальнереченску. Ночью нас тормознули.
- А сейчас сколько времени?
- Без двадцати восемь. В восемь открывается ОРС-овский магазин недалеко от станции, его нам очень хвалили на заводе. Так что надо не пропустить.
Я нехотя поднялся, мало-мало очухался, затем Петя принёс мне котелок воды, с ним я спустился на междупутье и кое-как умылся, холодной водой прогоняя остатки сна. Затем залез обратно в тёплый тепловоз. Бригада уже сидела в хвостовой секции, и они вопросительно посмотрели на меня.
- Так. Сейчас мы снабдим тебя тремя рублями, разыщи ОРС-овский магазин и покупай всё, что будет ценного. Только не перепутай с обычным магазином, смотри по вывескам. Они по содержанию хорошо так различаются. И спроси, есть ли пиво?
- Будет сделано! – отрапортовал я, сунул зелёную бумажку в карман и стал пробираться по путям к вокзалу.
Пришлось опять перелезать через состав по тормозной площадке. Лезть под вагонами, как это делали местные, я панически боялся, потому что живо представлял себе, как внезапно трогается с лязганьем и грохотом неподвижный до того состав. Минут 20 мне пришлось проплутать по пристанционным окрестностям, прежде чем я нашёл этот чем-то особенный магазин. Зашёл внутрь.
Магазин работал с 8 утра, и я, наверное, был одним из первых покупателей. Внутри было всего двое. Окинув взглядом фигурные ряды с консервами, я сразу же определил ценные: тут был фаршированный перец от «Булгарконсерва», венгерский горошек марки «Глобус», развесное масло, а также горбуша в собственном соку Находкинского завода. Кроме того, здесь совершенно свободно продавались мясные консервы «Завтрак туриста», что тоже бывало не всегда. Но самое невероятное открытие заключалось в том, что на холодильном прилавке лежало прессованное мясо, источавшее совершенно крышесносный аромат, с перчиком и специями! Это меня прямо выбило из колеи, и я смотрел на него с вожделением, не спуская глаз, пока предыдущие ранние покупатели отоваривались. Правда, цена была немаленькой – 4,50 за кило, но это был такой деликатес, который у нас в Хабаровске я видел, быть может, пару раз за все мои студенческие годы. Денег мне явно не хватит, но я скажу про неожиданный сюрприз моим машинистам, решил я.
- А это мясо у вас чьё? Какого производителя?
Продавщица недоумённо воззрилась на меня:
- Как какого?! Нашего Дальнереченского мясокомбината, другого у нас нет. Брать будете?
- Да, но пока немножко. У меня с собой денег в обрез, трёшка. Дайте мне два фаршированных перца, банку горошка и масла кусок, грамм на триста. И две булки хлеба. А что останется – отрежьте мяса.
Продавщица рассмеялась:
- Так мяса же будет с гулькин хрен, оно по 4.50!
- Ну ладно, сколько хватит, так и отрежьте… - искательно отозвался я.
- Как скажете, молодой человек! – она выдала мне консервы, масло, а на остаток получилось где-то грамм 300 мяса. «Скромно, но попробовать хватит по кусочку» - подумал я, - «если что, сбегаю ещё, деньги всё равно не мои, а у меня нет ничего».
Станция Дальнереченск
Я так обрадовался шикарной закупке, что напрочь забыл про пиво, но вспомнил об этом уже на обратном пути к тепловозу. Вернувшись к тепловозу, гордо предъявил наличные покупки. Самым хитом, конечно, оказалось прессованное мясо – Саныч тут же разрезал его на три части перочинным ножом, и дал каждому попробовать. Мясо было, бесспорно, восхитительным! В итоге Саныч вызвал по рации напарников из первой секции и сказал им, что нужно идти в ОРС закупаться. Там много всего хорошего.
- Ну а ты, Серёга, нам будешь показывать дорогу.
Таким образом мы коллективом в четыре человека пошли обратно к магазину, а на тепловозе остался только старший машинист первой секции, у которого ещё была смена, а его веснушчатый помощник пошёл с нами. В итоге ребята закупились в ОРСе, наверное, рублей на 30, а может, и больше, потому что набрали всяких консервов. Вишенкой на торте был двухкилограммовый квадрат того самого прессованного мяса, который затем мы честно разделили между двумя бригадами здоровенным охотничьим ножом. Саныч радовался и одобрительно похлопал меня по плечу:
- Молоток! У тебя лёгкая рука, студент! Будешь у нас разведчиком.
После этого мы устроили грандиозный то ли завтрак, то ли обед, ближе к 11 утра. Из Дальнереченска нас ещё не выпускали, но дежурный по станции сказал, что после 12 дня постарается нас отправить дальше. Так что мы разложили опять фанерку в задней кабине, но на этот раз даже не доставали сало, а только сварили картошку. Завтрако-обед был царский: нарезали кусками это самое мясо, которое сразу наполнило тепловоз своим острым, со специями запахом, и даже перебило запах машинного масла. Затем горячая картошка с маслом и укропом. Открыли и банку горбуши в собственном соку, и венгерские маринованные огурцы. В общем, сидели, разговаривали и пировали. Все были на подъёме.
Я после этого похода был несколько ошарашен таким ассортиментом ОРСа, и выразил своё удивление:
- Откуда у них столько дефицитов?
- А это, Серёг, потому что так распределяются фонды. Дальнереченский комбинат работает на армию и флот, частично на погранцов. Частично фонды выделяют и на железку – вот поэтому в ОРСе такое изобилие. А в обычном гастрономе такого нет, там фонды выделяют общим порядком, через обычный гражданский исполком, - пояснил Саныч.
Я ещё больше удивился:
- Откуда вы такие подробности знаете? У вас кто-то есть в торговле?
Петр тут засмеялся, и тоже влез в разговор:
- Саныч знает, потому что у него жена где надо работает.
- А где это «где надо»?
- Да ничего особенного, моя работает в книжном товароведом, - сказал Саныч, - продукты от нас далеко. Но как работает в принципе советское распределение, она знает. Поэтому и я тебе вот объясняю. Мотай на ус, это полезный навык.
- Да, конечно, учту, - несколько пристыженно ответил я.
…Прошло 40 лет, а я помню этот душевный тепловозный обед как сейчас. Загвоздка была только одна – мы стояли на месте и никуда не ехали. Это несколько беспокоило меня.
* * *
Наконец где-то около 2 часов дня дали отправление, и мы поехали дальше на север. Саныч опять спросил меня:
- Пойдёшь с нами? Мы по Бикину меняемся, наша смена заступает.
- Конечно! Заодно покажу вам свою Розенгартовку, откуда я уехал. Она будет где-то через час после Бикина.
Станция Бикин
Так всё и получилось. Где-то после обеда, часа в 4, мы были в Бикине. Там бригады поменялись, первые ребята ушли досыпать в свою заднюю секцию, ну а я снова занял место в передней кабине, со своими. Через час проехали и мою злосчастную Розенгартовку с Лермонтовкой и мостом через речку, где я когда-то учился плавать. Я показал им вокзал и платформу, откуда шёл и где сел на поезд - чем снова развеселил обоих, которые были в курсе моего анабасиса. Шли по Транссибу мы довольно шустро, без проблем прошли большую станцию Вяземская - я было приободрился и подумал, что мы часам к 10 приедем в Хабаровск и я ещё успею на трамвай.
Но не тут-то было! В районе 8 вечера - на станции Хор - нас опять тормознули надолго, и даже пришлось перемещаться по станционной паутине с главного пути на какие-то зады. Тут я запросился опять в свою секцию и сказал, что посплю перед прибытием. Петя ввернул:
- Никто и не обещал, что мы будем ехать быстро! Всё зависит от Бога, диспетчера и начальника станции. Мы всегда последние в очереди, как следующие из ремонта. Ждём...
Станция Хор
От Хора до Хабаровска всего 70 км, и теоретически я мог метнуться на междугородний автобус, и до полуночи был бы на месте, но это деньги. Нужно было бы рубля полтора, а то и два. А у меня в кармане всего 15 копеек. Ну не просить же у ребят деньги, тем более что они и так меня всё время кормят. Поэтому я про себя решил – буду ехать с ними до упора, как доедем, пусть даже и ночью. Поэтому ушёл в свою кормовую секцию на матрас досыпать. И, придя, быстро отрубился под мерный холостой шум дизеля в передовой секции.
В итоге на Хору мы простояли аж до 5 утра, и я зря волновался, что приеду ночью. Рано утром мои ребята пришли со своей смены и разбудили меня.
- Серёга, алло! Давай вставай! Теперь уже Хабаровск будет скоро, - сказал Саныч.
Я переспросил:
- А смогут остановить на Рубероидном Заводе?
- Вообще там остановки не предусмотрено, но мы можем притормозить до пешеходной скорости, а ты аккуратно соскочишь.
- А, ну и отлично! Так нормально будет. А как вы им скажете?
- Ну, да сейчас по рации переговорим, а потом если кто из нас уснёт, так ты нас толкни минут за 10, мы подскажем коллегам.
На этой духоподъёмной ноте я протёр глаза, встал и пошёл уже дежурить в свою хвостовую кабину. Ко мне присоединился Петя, предложив немного позавтракать. Саныч же пошёл досыпать. «Ну что, это кстати, - подумал я. – А то приеду-то я голодный». Мы открыли с ним банку горбуши и подрезали ещё немного прессованного мяса. С чаем отлично пошло.
В районе 7 утра подъехали к Красной Речке. Эта станция уже совсем недалеко от нужной мне платформы, где кольцо трамвая. Петя связался по рации с первой бригадой, и я им объяснил, какая будет платформа и где тормознуть. Тут в проёме появился и заспанный Саныч:
- Ну что, студент, давай прощаться! Надеюсь, мы хорошо дружили и тебя не обижали.
- Да, спасибо вам огромное! Если бы не вы, не знаю, как бы я оттуда выбрался!
Минут через десять мы достигли Рубероидного Завода. Петя ещё раз по рации вышел на коллег, а я к этому моменту уже собрался и был наготове. Тепловоз плавно затормозил и двигался аккурат по второму пути. Я пожал руки своим спасителям и по трапу выбрался наружу, соскочив на гравий. Тепловоз громко гуднул, я помахал Санычу и Пете, провожая их в дальний путь на свою Шилку. Больше мы никогда не увидимся.
Тепловоз, высадив меня, дал мощного чёрного медведя и ускорился, вскоре исчезнув из поля зрения. На часах было 7.20. Серенькое пасмурное утро, довольно прохладно, но я был выспавшийся и сытый, так что особо не страдал. Перешёл через пути и дошёл до кольца «двойки», оно совсем рядом. Там как раз стоял трамвай, в который я тут же и заскочил. Минут через 5 мы поехали. Двумя трамваями, №2 и №5, я ехал до Топографа часа полтора, и около 9 утра доковылял до своей хаты.
И вот сюрприз! Дима с Игорем (одногруппники, с которыми мы вместе жили на квартире) были уже тут, на месте. Все друг другу взаимно удивились:
- А ты куда исчез-то? Третьяк (преподаватель, командир отряда) там тебя искал. Мы прикрыли, сказали, что ты как квартирьер поехал раньше. В общем, тебя наказать по идее не должны.
- А давно вы сами приехали? – спросил я.
- Так бичевозом же, как обычно. Час назад только пришли, - ответил Игорь. – А ты почему так долго? Ты же должен был ещё позавчера утром вернуться?
У меня не было сил сразу рассказывать им весь мой анабасис, поэтому я ответил уклончиво:
- Я с тепловозниками ехал. Ну, так получилось. Потом расскажу.
* * *
Вот так закончилась эта эпическая поездка на ТЭ3, который с тех пор вызывает у меня особенную любовь и обожание. «Мой друг и товарищ – тепловоз ТЭ3».