Hello, world!
Мне снилось, что я еду в поезде вдоль Байкала. Что я задумчиво смотрю на байкальскую синюю воду, а по поездной трансляции грустно поёт Юра Хой одну из своих немногих цензурных песен:
Водкy я налил в стакан и спpосил:
И стакан гpаненый мне отвечал:
«Сколько жил и сколько в жизни ты своей потеpял?»
Этого никогда я не знал...
Вдруг Юра Хой внезапно замолчал, а вместо него загнусавил другой Юра, Шатунов, резко сменив моральное направление сна:
Белые розы, белые розы, беззащитны шипы.
Что с ними сделал снег и морозы...
Мне было очень жаль умирающие белые розы, и от этого сильно хотелось напиться в сиську, взять с собой цыган с медведями, трио балалаешников, помчаться на лихой тройке по замерзшей Неве, пьяно плакать навзрыд, сморкаться в овчинный тулуп и кормить блинами с икрой ласковых ручных медведей у арендованных цыган.
( Collapse )
Водкy я налил в стакан и спpосил:
И стакан гpаненый мне отвечал:
«Сколько жил и сколько в жизни ты своей потеpял?»
Этого никогда я не знал...
Вдруг Юра Хой внезапно замолчал, а вместо него загнусавил другой Юра, Шатунов, резко сменив моральное направление сна:
Белые розы, белые розы, беззащитны шипы.
Что с ними сделал снег и морозы...
Мне было очень жаль умирающие белые розы, и от этого сильно хотелось напиться в сиську, взять с собой цыган с медведями, трио балалаешников, помчаться на лихой тройке по замерзшей Неве, пьяно плакать навзрыд, сморкаться в овчинный тулуп и кормить блинами с икрой ласковых ручных медведей у арендованных цыган.
( Collapse )